Турецкие компании проявляют интерес к доле в АЭС «Аккую»
Турецкие компании рассматривают возможность приобрести долю в строящейся атомной электростанции «Аккую», ввод которой в эксплуатацию ожидается в 2026 году.
Турецкие компании рассматривают возможность приобрести долю в строящейся атомной электростанции «Аккую», ввод которой в эксплуатацию ожидается в 2026 году.
Начало спада ВВП, падение спроса и рост налогов привели к резкому обострению кризиса неплатежей в российской экономике: объем просроченных долгов компаний перед контрагентами вырос до 8,2 трлн рублей, что составляет около 3,8% ВВП.
В офисах издательства «Эксмо» проходят обыски по делу об организации деятельности экстремистской организации, задержан генеральный директор Евгений Капьев.
Автомобильный мост через реку Туманная между Россией и КНДР планируют запустить в июне 2026 года. Новый переход должен усилить торговлю, улучшить логистику и повысить пропускную способность погранперехода «Хасан».
Госмессенджер Max в магазинах приложений теперь называется «Макс» — изменение совпало с вступлением в силу закона о запрете англицизмов.
Отгрузки российской нефти в Индию в апреле–мае увеличиваются на фоне высокого спроса и нового временного разрешения США на сделки с уже отгруженным сырьём, что помогает индийским НПЗ компенсировать дефицит ближневосточной нефти.
Банк России опубликовал данные по недельному аукциону РЕПО от 21 апреля: спрос вновь превысил лимит, а ключевые ставки остались около 15% годовых.
Большинство работодателей в России заморозили расширение штата до конца года из‑за снижения спроса на товары и услуги. При этом фирмы предпочитают не массовые увольнения, а перевод сотрудников на неполную занятость и более точечный подход к найму.
Название государственного мессенджера в App Store, Google Play и на официальном сайте перевели на русский язык: теперь сервис называется «Макс». Изменение произошло на фоне вступления в силу закона о защите русского языка, ограничивающего использование иностранных надписей без русскоязычного дублирования.
Частичное возобновление судоходства через Ормузский пролив показало, что даже в случае успешных мирных переговоров восстановление добычи и экспорта нефти и газа до прежних уровней растянется как минимум на месяцы, а по ряду проектов — на годы.