Чего Минск добивается от «большой сделки» с США и Трампом

Александр Лукашенко объяснил, каким он видит «большую сделку» с США, заявив, что вопрос политзаключённых и санкций для него второстепенен. Эксперты разбирают, какие реальные цели он преследует в переговорах с администрацией Дональда Трампа.

В беседе с ведущим российского телеканала RT Риком Санчесом Лукашенко подтвердил, что разговор о «большой сделке» с США ведётся уже давно. Он подчеркнул, что личная встреча с Дональдом Трампом для него не является самоцелью: по его словам, важнее не обмен протокольными рукопожатиями, а содержательно подготовленные переговоры двух глав государств.

Политические ожидания Лукашенко от такого формата отношений с Вашингтоном стали предметом обсуждения среди экспертов.

Лукашенко рассчитывает, что до возможной встречи в США стороны подготовят к подписанию отдельное соглашение. Он настаивает, что переговоры не должны выглядеть как визит «вассала к императору», а как диалог лидера, который, по его собственным словам, «уважает свой народ» и отстаивает интересы страны. По его версии, в итоговой договорённости должны быть учтены и американские, и белорусские интересы.

Он отвергает представление, будто Вашингтон якобы стремится только к освобождению политзаключённых в Беларуси в обмен на отмену санкций. Лукашенко называет вопросы политзаключённых и санкций «мелочью» по сравнению с более широким кругом тем, которые, по его мнению, и составляют суть «большой сделки».

Экс‑дипломат и глава Агентства евроатлантического сотрудничества Валерий Ковалевский считает, что потенциальная поездка Лукашенко в США имеет для него исключительное значение. По его оценке, полноценные переговоры с президентом США стали бы кульминацией политической карьеры белорусского лидера, поскольку ранее подобного формата контактов у него не было.

Ковалевский отмечает, что важность встречи усиливает и нынешний контекст: Беларусь сталкивается с угрозами своему суверенитету и независимости на фоне продолжающейся войны и сценариев, при которых Россия может попытаться глубже вовлечь страну в военное противостояние не только с Украиной, но и с западными государствами. В таком положении, по мнению эксперта, Лукашенко стремится одновременно закрепить личную власть и укрепить позиции Беларуси как самостоятельного игрока, а визит в США должен помочь ему в этом.

Политолог Валерий Карбалевич обращает внимание на экономическую составляющую. По его словам, для Лукашенко важны и отмена американских санкций, и сделки по белорусскому калию, которые могли бы стать опорой для последующего смягчения европейских ограничений и восстановления доступа к Клайпедскому порту. Это дало бы возможность, как он выражается, «зацепившись за одно звено, вытянуть всю цепь» — то есть использовать одну сделку для общего ослабления санкционного давления и прорыва дипломатической изоляции на западном направлении.

Историк и политический обозреватель Александр Фридман предполагает, что в рамках «большой сделки» может обсуждаться целый пакет шагов по нормализации: возвращение посла США в Беларусь, возобновление прямого авиасообщения, а также новые экономические проекты и инвестиции. По его мнению, Лукашенко хотел бы выйти за рамки обмена освобождения политзаключённых на смягчение санкций и получить масштабные экономические соглашения.

Переговоры между белорусскими властями и администрацией Трампа длятся уже более года. За это время на свободу вышли несколько групп политзаключённых, а США сняли ограничения с части белорусского калийного сектора, национальной авиакомпании, ряда банков и Минфина. Однако всеобъемлющая «большая сделка», при которой были бы освобождены все политзаключённые, пока не заключена.

По оценке Валерия Карбалевича, сложно сказать, какая из сторон сегодня тормозит процесс: переговоры ведутся в закрытом режиме. Он допускает, что более решительные шаги Минска по освобождению заключённых могли бы ускорить заключение сделки.

Ковалевский полагает, что ближайшие месяцы — критически важное окно возможностей для завершения переговоров. Он связывает это с внутриполитической ситуацией в самих США, которые готовятся к промежуточным выборам в Конгресс. Когда начнётся наиболее активная фаза американской избирательной кампании, у Трампа и его команды, по мнению эксперта, останется меньше времени для белорусской повестки. При этом он подчёркивает, что успех сделки зависит и от способности Лукашенко и его окружения идти на уступки и компромиссы.

Александр Фридман добавляет, что Лукашенко осознаёт: в Вашингтоне начали с ним предметный диалог в том числе потому, что сочли его потенциально полезным фактором в вопросах урегулирования вокруг Украины. Внешнеполитическая ситуация меняется быстро, и, по словам эксперта, любое соглашение может быть перечёркнуто новыми кризисами — от войны в Иране до возможного обострения в отношениях Вашингтона с Пекином или Москвой. В такой ситуации, считает Фридман, затягивать переговоры для Лукашенко рискованно, и он заинтересован завершить сделку как можно скорее.

По мнению Валерия Карбалевича, Лукашенко стремится включить в «большую сделку» широкий набор политических вопросов, в том числе неформальные гарантии со стороны США, что он не повторит судьбу таких фигур, как Николас Мадуро в Венесуэле или иранское руководство. Эксперт напоминает, что американская администрация не раз демонстрировала готовность к жёстким действиям, когда считает тот или иной кризис принципиальным.

Карбалевич считает вероятность того, что Лукашенко окажется в положении Мадуро, невысокой, однако указывает на его опасения. По его словам, после контактов с белорусским лидером спецпредставитель президента США Джон Коул отмечал, что события в Венесуэле и Иране произвели на Лукашенко сильное впечатление и серьёзно его тревожат.

Валерий Ковалевский, в свою очередь, убеждён, что говорить о реальных гарантиях со стороны США пока преждевременно. Он подчёркивает, что Лукашенко на протяжении многих лет опирается в первую очередь на Москву, и Вашингтон вряд ли готов брать на себя ответственность за его безопасность или политическое будущее.

Если сделка всё же будет заключена и стороны продвинутся по пути нормализации, Ковалевский допускает, что со временем могут появиться и более глубокие обсуждения политических гарантий. Однако, по его оценке, Москва не заинтересована в том, чтобы уступать Вашингтону роль главного гаранта безопасности белорусского руководства.