Что произошло
Несколько крупных пожаров на складах одного из маркетплейсов оставили продавцов по всей России без товара. Предприниматели сообщают о миллионах рублей убытков, принудительных кредитах и растущей вероятности закрытия бизнеса.
Истории пострадавших
Марина Горшкова и её муж более пяти лет развивали производство премиальной корейской косметики. Почти все заработанные средства они инвестировали в новые продукты, упаковку и логистику. После смены требований им пришлось хранить крупные партии на складе маркетплейса, а позже в оферте площадка сняла с себя финансовую ответственность за ущерб от ударов БПЛА.
«Скорее всего, нам придётся закрыть бизнес», — Марина Горшкова.
Александра Овсюк три года производит кондитерские добавки. Проект вырос до команды из 11 человек, но увеличившиеся комиссии и логистика подорвали рентабельность. После недавних пожаров большая часть её товара была уничтожена.
«В прошлом месяце я узнала, что работаю в минус — маркетплейс снова поднял комиссии. Потом был договор, где площадка сняла с себя все обязательства, и его было невозможно не принять. А теперь я проснулась с новостью о пожарах, и на складах был весь мой товар», — Александра Овсюк.
Инна Власова несколько лет развивала швейный бренд в Калуге: раньше в её цехе работали 15 человек. Весной выросли цены на логистику, летом — комиссии; летом она уже сократила команду, а позже пожар в Электростали уничтожил товара на сумму около трёх миллионов рублей.
«30 июня я распустила команду. Осталась только одна швея. А потом случился пожар в Электростали. Сгорело товара на три миллиона рублей», — Инна Власова.
Кристина Шелухина совместно с мужем запускала в Челябинске производство магнитных книжек‑пазлов. Большая часть продукции, включая новинки, сгорела в одном из возгораний.
«Я не знаю, что сейчас делать. Этот год был тяжёлым для предпринимателей, а пожар просто добил», — Кристина Шелухина.
Наталья Медникова управляет брендом домашней одежды и собственным швейным производством, принимающим заказы со всей России. По её словам, в медийном поле много разговоров о продавцах, но почти никто не говорит о людях на производствах и их судьбе после потерь.
«Вся лента только про селлеров, но никто не говорит о швейных производствах, с которыми они работают. У продавцов теперь нет денег, чтобы заказывать новые партии. Представляете масштаб?» — Наталья Медникова.
Оценки ущерба и последствия
По предварительным оценкам, потери могут составлять от 21 до 35 млрд рублей, хотя площадка не раскрывает официальных цифр. Предприниматели подчёркивают: за каждой карточкой товара стоят люди, рабочие места и локальные производства, которые теперь рискуют закрыться.
Пока не ясно, в какой степени пострадавшим выплатят компенсации — многие продавцы сомневаются, что смогут вернуть вложенные средства и погасить накопившиеся долги.
